nav-left cat-right
cat-right

Испанская драматургия: Тирсо де Молина. «Севильский озорник, или Каменный гость»



Дон Жуан… Наравне с Фаустом, Гамлетом, Дон Кихотом это один самых известных образов мировой литератур, чье имя стало нарицательным. Многие поэты, писатели и композиторы (а чуть позже – режиссеры и сценаристы) впоследствии стремились рассказать свою историю Дон Жуана в соответствии с идеями, новшествами, идеалами и заблуждениями своей эпохи. Идеальный возлюбленный, бунтарь, символ свободы, рыцарь – таким многоликим предстает сегодня Дон Жуан, если собрать воедино все его образы, созданные Мольером, Моцартом, Дж.Г.Байроном, А.С.Пушкиным, М.Цветаевой… Но каким же был Дон Жуан изначальный? Каким его впервые представил публике на его родине, в Испании, его создатель – испанский драматург Тирсо де Молина?

Тирсо де Молина «Севильский озорник, или Каменный гость»Пьеса «Севильский озорник, или Каменный гость» («El burlador de Sevilla y convidado de piedra») была написана между 1618 и 1621 гг. Дон Жуан в ней – еще не символ, не воплощении некой идеи, это просто живой человек, молодой представитель старинного дворянского рода Тенорио. Герой у Тирсо де Молина имеет фамилию, семью: благородных и заслуженных отца и дядю, обеспечивших любимому сыну и племяннику блестящее будущее. У юного Дон Жуана прекрасные манеры, он смел, всесторонне образован, находчив, обаятелен. К тому же, он очень красив, одна из героинь пьесы восклицает:

Отрадно

Лик столь дивный созерцать! (285)

[Здесь и далее, с указанием номера страницы, цит. по: Тирсо де Молина. Севильский озорник, или Каменный гость // Испанский театр. Библиотека всемирной литературы. Серия 1. Т.39.М.: Художественная литература, 1969. с. 263-278].

Однако все достоинства героя, что называется, «от лукавого». Дон Жуан Тирсо де Молины, определенно, не вызовет в современных читателей (и особенно читательниц) ни восхищения, ни понимания, ни сочувствия. Этот человек абсолютно лишен умения чувствовать чужую боль, не способен ни на любовь, ни на дружбу. У него своеобразное представление о дворянской чести: вроде бы есть у него принципы, но он ими пользуется по своему усмотрению. Например, при случае может нарушить данное обещание, а совести лишен вовсе. Хор, сопровождающий действие (вероятно, наследие древнегреческих трагедий) так обозначает его «жизненную программу»:

Я в любви не вижу прока,

Если мне добиться милой

Суждено лишь за могилой –

Слишком до нее далеко. (355)

Любовные похождения для этого, «изначального», Дон Жуана – развлечение, своеобразный спорт. Гениальный актер, он умело копирует слова, интонации и эмоции настоящего влюбленного, неслучайно его часто принимают за кого-то другого. Однако цель «озорника» – всего лишь победа над очередной «жертвой». Будущее соблазненных им женщин, утративших честь, порой – родных и любимый, а иногда и рассудок, его совершенно не занимает. Несчастья, причиной которых он становится, доставляют герою своеобразное садистское удовольствие, как и сам процесс «работы» над очередным любовным приключением. Впрочем, похождения Дон Жуана сложно назвать «любовными», сердца у него нет, не приходится говорить о и любви.

Убежденный в своей безнаказанности, герой в своих похождениях не делает различий между сословиями, «достается» от него всем от герцогини до простой рыбачки. На их беду, Дон Жуан отлично разбирается в людях (обоего, к сожалению, пола) и умело играет на самых разных свойствах человеческой натуры, как положительных, так и отрицательных. Так, крестьянку Аминту губит тщеславие (лестно стать женой дворянина, особенно если жених- «ровня» сбежал со свадьбы!), рыбачку Тисбею – доброе сердце (выходив Дон Жуана после кораблекрушения, девушка и представить себе не может, какой черной неблагодарностью отплатит ей спасенный), герцогиню Изабеллу и донью Анну – искренняя любовь к другому. Да и их возлюбленные оказываются, что называется, «не на высоте». Патрисьо, молодой муж Аминты, верит в наспех сочиненную сказку о том, что у его невесты когда-то был роман с Дон Жуаном, и в ревнивой досаде исчезает со сцены, даже не попытавшись объясниться с возлюбленной. Герцог Октавьо чрезмерно робок и почтителен:

…нельзя же мне

С герцогинею-гордячкой

Обращаться, словно с прачкой…(275).

(а вот Дон Жуан считает, что можно, и пользуется моментом).

Наконец, маркиз де ла Мота (судя по обилию общих с Дон Жуаном «знакомых», тоже, как видно, «озорник» не из последних) едва не лишается жизни от того, что, считая Дон Жана другом, доверяет ему и делится своей тайной – любовью к кузине Донье Анне.

В финале пьесы героя, что показательно, ждет суд не человеческий, а божий. Хотя все обиженные и оклеветанные Дон Жуаном герои собираются вместе и сообща просят наказания для «озорника», Дон Жуан получает заслуженную кару не от короля, а от Каменного гостя. Глумясь над убитым Доном Гонсало (отцом Доньи Анны), Дон Жуан приглашает каменную статую на ужин, и приглашение принимается, а затем герой получает ответное приглашение «отужинать» ночью в пустой церкви, которое становится для него роковым. Что интересно, Каменный гость в пьесе Тирсо де Молины мстит отнюдь не за себя и не за дочь. Перед смертью Дон Жуан вынужден признаться, что один раз он потерпел поражение: Донья Анна смогла отстоять свою честь. Но возмездие все равно настигает героя, будучи расплатой не за один недостойный поступок, а за все несдержанные обещания, обманы и искалеченные судьбы.

Вместе с тем, самая последняя сцена «Каменного гостя» — торжество любви, настоящей и искренней. После смерти Дон Жуана именно любовь становится спасением для героев: они находят в себе силы воссоединиться со своими любимыми, забыть все прошедшее, жить дальше и радоваться. «Дьявольские чары» Дон Жуана рассеиваются, и в мире снова воцаряется гармония.

Впрочем, не до конца… Обаяние, ум и находчивость героя, тем не менее, оказались сильнее его моральных принципов. Иначе вряд ли чем-то можно объяснить многочисленные попытки «возродить» Дон Жуана, сделать его более понятным зрителю и читателю, более симпатичным и человечным. Герой навсегда остался в памяти не только испанцев, свои «Дон Жуаны» появились во Франции, России и многих других странах. Иногда они принимают самые причудливые «формы». Например, Артуро Перес-Риверте заглавного героя своей серии романов о капитане Алатристе, не только наделяет фамилией Дон Жуана (полное имя «капитана»: Диего Алатристе и Тенорио), но и называет потомком героя Тирсо де Молины. Капитан Алатристе, на первый взгляд, на Дон Жуана совершенно не похож, но, если приглядеться, у них есть нечто общее: дух авантюризма, понятия о дворянской чести и, пожалуй, истинно испанская вера в победу смелых и отважных.    

(3 голос., в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Подписка на комментарии к статье Оповещать о новых комментариях к статье по почте.